Доказательства Яой в Наруто!=))))
Читайте!!!!!!!! И сами все поймете.=)
Хаку: Гей. Одевается как женщина, выглядит как женщина, и готов выполнить любое желание Забузы.
Забуза: Гей. Вырастил Хаку, так что не может не быть геем.
Саске:Гей. Не только целовался с Наруто, но и обнимался с ним, думал о нём ( и
о своём брате) гораздо больше чем о всех женщинах, вместе взятых, так
что в конце концов превратился в трансвестита. Да, игнорировал женский
пол, когда ему было 12.
Наруто: Гей. Пошёл дальше простого переодевания в женщину. А в шипуденском филлере всячески пытался не
целоваться с. Ф***. Берёг себя для Саске. И прямо-таки одержим им, не
может думать ни о чём кроме него. Да, и целовался с ним.
Орочимару: Гей. Что, нужны доказательства?
Джирайя: Гей. В детстве постоянно находился рядом с Орочимару. Возбудился при превращении Наруто.
Постоянно подсматривает за женщинами. Что, думаете, это показатель обратного? А
вот и нет. Если бы его целью было поглазеть на голых баб, он бы просто
купил порно-журнальчик. Значит, он или не наигрался в детстве в шпионов,
или действительно собирал информацию для своих порно романов. А эта
информация - самые откровенные фантазии яойщиц, которые они обычно
рассказывают друг другу на горячих источниках.
Какаши: Гей. Каждый день приходит на могилу Обито. Значит, это было что-то, большее, чем
просто дружба. К тому же, читает порно романы Джираий. Как мы уже знаем
Джирайя - Гей, значит и романы у него соответствующие.
Обито: Гей. Как уже было доказано, имеет гомосексуальную связь с Какаши.
Кабуто: Гей. Предлагал своё тело Орычу. Гей, без вопросов.
Итачи:Гей. Пользуется лаком для ногтей. Фиолетовым лаком для ногтей. Да, и
ещё они с Саске - особенные братья. Понимаете, о чём я?
Кисаме: Гей. Постоянно находится рядом с Итачи. Представляете, чего они там делают между миссиями?
Дейдара: Гей. Легко спутать с женщиной. К тому же - входит в гей-организацию Акацуки.
Сасори: Гей. Выглядит слишком кавайно, чтобы не быть геем.
Тоби: Гей. Он "хороший мальчик" Зецу. Что это значит? К тому же он - Обито, который тоже гей.
Зецу: Гей. Опекает Тоби.
Хидан: Гей. Он сам признался, что имеет гомосексуальную связь с Какудзу.
Какудзу: Гей. См. выше.
Лидер Акацуки: Гей. Если все в Акацуки Геи, то и он тоже.
Киба: Гей (И к тому же зоофил). Ну, это очевидно. Просто представьте, что Акамару - человек.
Шино:Гей. Судя по всему, у него немного самок жуков, распространяющих
специфичный запах. Значит, большинство жуков, живущих повсюду в его теле- самцы.
Шикамару: Гей. Почему он так помогает Чоджи? Понятное дело,
заботится о его сексуальном теле. Да, ещё он не понимает, зачем вообще
нужны женщины. Помните, он спрашивал об этом отца? Но тот так и не
убедил Шику в том, что они нужны...
Ли: Гей. Его любовь к Сакуре -ширма, за которой он скрывает свои истинные чувства к Гаю, до тех пор,
пока он официально не сможет предложить ему руку и сердце.
Неджи:Гей. Находится в команде Гая и не может избегать его. К тому же, не будь
он геем, он бы не использовал свой Бъякуган ТОЛЬКО для того, чтобы
смотреть на своих противников-мужчин.­
Гаара: Гей. Если бы он им не был, то уделял бы внимание своим поклонницам.
Канкуро: Гей. Пользуется макияжем.
Гай: Гей. Просто посмотрите на его имя.
Баки: Гей. Нет доказательств обратного.
Асума:Гей. Что, думали, поймали меня? Фигушки. Помните первые части, когда
Куренай ещё была мужчиной? Да-да, она трансвестит. Ну и кто там её
обхаживал?
Сандайме: Гей. Он заинтересовался скрывающими дзюцу малолетнего Гея Джирайи. Представляете, что было их целью?
Йондайме: Гей. Все хорошие парни Геи.
Сакумо: Гей. Где мать Какаши? Правильно, она развелась, потому что Сакумо интересовали только парни.
Хьюга Хиаши и Хизаши: Геи. Почему их разделили по разным ветвям? Чтобы они не шалили друг с другом.
Ирука: Гей. Должно же быть объяснение, откуда столько яойных додзинси с его участием.
Сай:Гей. Периодически пристаёт к Наруто. Проявляет излишний интерес к его
половым органам. Если это вас ещё не убедило, то подумайте, почему
Конохамару совращал Сакуру именно СасуСаем.
Конохамару: Гей. Судя по дзютсу, которое он придумал, его абсолютно не интересует хентай. Только яой и юри. Последним он заниматься не может.

Наруто показывал в баре стриптиз -
Три раза его вызывали на бис.
Уж руки его не держали стакан,
Настолько изрядно шиноби был пьян.

Блондин не кумекал совсем ничего,
И Киба развёл на танцульки его.
О да, наш блондин высший класс показал,
Всех зрелищем этим убив наповал.

У Харуно стали глаза, словно плошки,
Скривившись, она отвернулась к окошку,
Тен-Тен и и Хината же, наоборот,
Смотрели на парня, разинувши рот.

Хоть старшая Хьюга от вида балдела,
Она, словно мак, ярко-красной сидела,
Шептала под нос себе: «Наруто-кун».
А рядом глядел на всё это Паккун.

Усевшись на стуле, Умино Ирука
Хатаке закинул на талию руку.
Учитель совсем никого не стеснялся,
Нахально с джонином при всех целовался.

А сам же Какаши, не знаючи лени,
Чуунина себе посадив на колени,
Ируку с улыбкой при всех обнимал,
На танец Наруто при этом взирал.

В восторге визжала от зрелища Ино,
Реакцию прятал за «шторами» Шино,
Тихонько рычал под столом Акамару,
У стойки дремал, как всегда, Шикамару.

Гаара лишь грустно смотрел и вздыхал,
А Сай, засмотревшись, все слюни пускал.
Темари смеялась, а рядышком хмуро
Следил за полётом одежды Канкуро.

А Чоджи всё это уж было до фени –
Он чипсов пакет положил на колени,
И каждую чипсину взглядом ласкал,
И, в рот отправляя, тихонько вздыхал.

Из складок одежды стряхнувши песок,
Рок Ли, обалдевший, пил яблочный сок.
Не мог отвести от Наруто он глаз,
А тот разошелся, впадая в экстаз.

От кончиков пят до татушек–усов,
Трусы да дырявая пара носков
Ещё оставались пока из одежды,
А всё остальное он сбросил небрежно:

Качаясь на люстре, немного неловко
Оранжевым цветом мелькала ветровка,
Из спящего Шики пустого стакана
Торчала со знаком деревни бандана,

Штаны от костюма Наруто давно
Стянул, и метнул их прицельно в окно.
Снаружи они и остались лежать –
Никто и не думал их там подбирать.

А майку свою он стащил эротично,
При этом лаская себя неприлично,
И бросил в итоге на стойку у бара,
Где Киба сидел со своим Акамару.

Прикольные стринги бордового цвета
На зад Узумаки были надеты.
И этим же задом, направившись в зал,
Наруто призывно и страстно вилял.

Вскочив с табурета, поправив одежды,
Блондина обнять разрешил себе Неджи.
Но в баре вдруг стало до странности тихо-
В дверях, словно мумия, замер Учиха.

Стоял так недолго, окинувши зал,
Ругательства тихо под нос он сказал,
И вот уже Неджи лежит у стены,
Пинок получив чуть пониже спины.

Едва Шаринганы успев погасить,
Продолжил он Хьюгу глазами сверлить,
Потом средний палец руки показал
И медленным шагом прошел через зал.

Наруто презрительным взглядом окинув,
Танцора себе перекинул за спину.
- С чего Узумаки вдруг так развезло? –
Под нос себе буркнул он хмуро и зло.

- А есть у Наруто для пьянки причина -
Ухода справлял твоего годовщину.
Три года прошло, если помнишь, Учиха, -
Сказал ему Киба сердито, но тихо.

Укор был во взглядах шиноби из зала
И только лишь Сакура громко сказала:
«Ура, ты вернулся! Ждала я тебя!»,
При этом причёску рукой теребя.

Но Сакуру, резко возникшую рядом,
Окинул Учиха внимательным взглядом
И ей он сказал: «Ты пока подожди,
Ждёт сложный меня разговор впереди.

С Наруто хотел бы я поговорить
И все непонятки меж нами решить.
Застать его пьяным таким очень грустно,
Пойду, поскорей приведу его в чувство».

Сказав эту фразу, пошел в туалет,
Что веник и швабру не видел сто лет.
Но, всё же до мойки добрался-таки
И снял Узумаки с уставшей руки.

Наруто пихнув головою под кран,
Зачем-то он снова включил Шаринган,
А после холодную воду открыл
И долго блондина под краном мочил.

Наруто, в себя приходя понемногу,
Подумал, что что-то здесь не слава богу.
А через минуту он вдруг осознал,
Что кто-то его очень крепко держал.

- Ну что, оклемался, так поговорим, -
Услышал Наруто над ухом своим.
И голос, знакомый до дрожи в коленках.
Заставил его опереться о стенку.

- И сразу скажу, я сегодня не стану
Использовать свой Шаринган и катану.
С тобой разберусь как-нибудь и без них.
Наруто сказал: «Да, ты тот ещё псих».

Прищуренным взглядом окинул он хмуро
Стоящую рядом с собою фигуру.
- Пошли, - прошептал, и во двор вышел тихо,
А следом за ним вышел Саске Учиха.

И, глядя на двери, подумали люди:
«Ой, мамочки, что же теперь оно будет?
Лишь только вернулся Учиха домой,
А будет ли он после драки живой?»

И, что удивительно, но за Наруто
Не переживали совсем, почему-то.
Послушать приставили к стенке стаканы,
А Хьюги включили свои Бьякуганы.

Вот крик услыхавши «Чидори Нагато!»
Все замерли в баре, немного зажато.
Снаружи раздавшийся вопль «Разенган!»
Звучал так ужасно, что треснул стакан

Который держала Харуно в руке,
Успев за минуту всё выпить саке,
Которое ей, вместе с Ино на пару,
Налил проницательный друг Шикамару.

- Да что же творится у нас, вашу мать,
Они же друг-друга пошли убивать.
Их надо скорее нам остановить,
Пока не смогли они бед натворить,-

Сказала Харуно, рванувшись к двери
И быстренько настежь её отворив.
Да так и осталась, застывши в дверях,
Слетело лишь с уст её тихое «Ах».

Рванувшись к двери, все, сидящие в зале,
Сюжет ещё тот во дворе увидали:
Там Саске Наруто к забору прижал
И страстно и жадно его целовал.

В ответ Узумаки не сопротивлялся,
А только к Учихе сильней прижимался.
И, волю давая свободным рукам,
Уж гладить того начинал по бокам.

В обнимку с любимым Наруто стоял,
От счастья блаженно глаза закрывал.
В мозгах как-то стало свободно и пусто,
Но кашель над ухом привёл его в чувство.

- Быть может, и трудно вам соображать,
Но может, не стоит всё здесь продолжать?
И так все глазами едят вашу пару, -
С ухмылкой закончил свой текст Шикамару.

Наруто, немного пришедший в себя
За ниточку стрингов слегка теребя,
У всех на глазах заалел, словно мак,
Краснея похлеще, чем вареный рак.

Но Саске, заметив блондина стесненье,
Не стал ожидать тех речей продолженья.
В охапку схватив поскорее Наруто,
У всех на глазах развернулся он круто,

И вот уже видно всё выше и выше
Парней силуэт, уходящих по крышам.
А те, кто увидел сюжет примиренья
Похоже, вздохнули с большим облегченьем,

И в честь суперклассного дела такого
Они к стойке бара отправились снова.
Где литрами пили саке до утра,
Крича: «За Наруто и Саске. Ура!»

Лишь Сакура горько у стенки вздыхала
Стакан за стаканом все в рот отправляла.
И за ночь так сильно она накидалась,
Что так под столом отдыхать и осталась.

Хината же майку со стойки забрала
И целую ночь её запах вдыхала.
А после забрала ещё из стакана
Промокшую, с запахом спирта, бандану.

А ночью во двор выходила она -
Штаны забрала себе из-под окна.
И поняли все, кто сидел с нею близко,
Что девушка эта была фетишисткой.

Напившись у стойки до тэнгу в глазах,
С усилием, еле держась на ногах,
Шиноби к утру разошлись по домам,
Ещё, напоследок, махнув по сто грамм.

В итоге, конечно, совсем не нарочно
Все спали шиноби до полудня точно.
А где-то под вечер уж, Ли и Гаара
На улице встретили знойную пару.

Наруто, стесняясь, потупивши взгляд,
С улыбкой дурацкой держался за зад.
А Саске, о да, во весь рот улыбался
Блондином он исподтишка любовался.

- Сейчас мы с Наруто к Хокаге идём,
И с просьбою в ноженьки к ней упадём,
Пускай разрешит оставаться нам вместе,
Я ради него отказался от мести.

Я понял, что глупо за прошлое мстить,
А лучше кого-то всем сердцем любить, -
Уверенным голосом Саске сказал
И нежно блондина при этом обнял.

С улыбкой взглянул на ушедшую пару
Рок Ли, и свой взгляд перевел на Гаару.
Шепнул: «Ну, у них всё получится тоже.
Пусть им Сила Юности в этом поможет».

Первым донёсся звук.
Во всей истории это было наименее удивительным. Ведь сознание всегда обостряется, как только на его грани успевает появится что-либо нерациональное.
Именно так, наслаждаясь величественной тишиной заката на краю пустыни, я обратил внимание на этот странный, неуместный звук, едва он успел донестись до меня. Это было множество голосов, удивлявших своей ритмичностью и стройностью так, что я понял их смысл ещё задогло до того, как можно было разобрать звучное "И-И-И РАЗ!", в перемешку с низким рыком, жалобным тявканьем и надрывными женскими воплями. Признаюсь, я несколько медлил оборачиваться. Нет, не потому, что боялся - да кого я вообще могу боятся? - нет, я почему-то чувствовал, что увиденное способно вывести меня из привычного состояния. А вот этого я не люблю. Не люблю, но тем не менее обернулся. Первым, что я увидел на фоне закатного горизонта, была огромная фигура лиса. Кьюби? Девятихвостый демон? В путыне? Здесь?!  "Да что же за наваждение" - произнёс я вслух, зажмурившись и вновь открыв глаза. Картина не поменялась. Оно и немудрено - галлюцинации, наваждения - это исключительно человеческая слабость.
Я начал присматриваться. И разглядел две группы людей, сзади и спереди Девятихвостого. Они стояли двумя колоннами, которые раскачивались вперёд и назад. Вначале я подумал, будто каждая сторона пытается перетянуть несчастного Кьюби к себе. И практически сразу же понял, что подобная мысль - сущий бред.
Но внезапно, до меня дошло, что правдой здесь является бред, куда более страшный. Это была оргия. И Девятихвостый собственной персоной принимал в ней участие. Когда я понял это, то впервые за всё время пожалел о том, что перестал быть человеком и не способен упасть в обморок.
"Колонна" медленно, но верно двигалась в мою сторону, продвигаясь на полшага после каждого "И-И-И РАЗ!" слышимого всё отчётливее. Я продолжал стоять, наблюдая за этим невозможным действом. И тут, несколько удивительно даже для себя, ноги начали нести меня вперёд.
Наврстечу. Хотя, даже поняв это, я не смог сбавить ходу. Любопытство - человеческая слабость, от которой я так и не смог избавится.
Кажется, лица спереди уже стали различимы. Впереди всех, лёжа спиной на песке, отчаяно вопила и молотила по воздуху голыми ногами какая-то девица. Её волосы были чёрные и короткие, подстриженые "шапкой", с длинными прядями по бокам. Ещё на ней была повязка какой-то деревни, которую я не смог различить с такого расстояния, но по признаку её общей придурковатости догадался, что это Коноха. Её задница, бороздившая просторы пустыни, толкалась вперёд в общем ритме. А вот того, кто был первым в "колонне" и обладал непосредственно этой девицей, я хоть и с трудом, но вспомнил. Это был один из саннинов, живущий в той же Конохе, и так же в полной мере отвечающий основному требованию к её жителям - заметной пришибленности. Джирайя - так, кажется, его звали. Судя по его лицу, выражение которого уже несложно было рассмотреть, положение вещей его вполне устраивало. Ну, от этого трудно ожидать чего-то большего. А вот сзади к нему пристроился уже отлично знакомый мне тип - Орочимару, змеиный саннин, мой бывший напарник, и просто редкий извращенец. Да, его участие в подобном безобразии меня тоже не сильно удивляет. Особенно если учесть, что впереди находится его очень давний "друг". Мстишь за детскую травму, Оро? Да, ты никогда не стал бы собой, если бы он так жёстко не отделал тебя тогда, в пятнадцать лет. Зато сейчас... Если вспомнить свойство любой части твоего тела удлинняться насколько угодно, то... Бедный Джирайя, я ему уже сочувствую. Несмотря на то, что он пока не выглядит страдающим. Да, это пока.
Только подумав о хитрости выбора позиции своего бывшего коллеги, я осёкся. Да уж... Позволить пердолить себя такому отвратительному типу, да ещё из Конохи (да, святые небеса, это иррациональное действо уже настолько близко, что я в состоянии разобрать символы). Почему-то, взглянув на его брови, я вспомнил своего покойного дедушку, когда тот был чуть-чуть моложе. Не желая задерживать взгляд на этом неэстетичном субьекте, я перевёл его чуть дальше. Но вид того, кто так упоённо двигался внутри жалкого коноховца, мне понравился ещё меньше. Поскольку помимо внешней нелицеприятности, он был мне ещё и отлично знаком. И какой бесовой шуткой это недоразумение вообще осталось живым?! Да, тот самый Канкуро, горе-кукольник из Песков. Как отвратно - я скрипнул зубами, и решил рассмотреть того героя, который воплотил с несчастным Канкуро то, что я однажды делал лишь фигурально. Рассмотрел, и моё лицо вытянулось ещё сильнее. Это был его младший брат, проклятый Казекаге. Чёрт, и этот ублюдок тоже жив?! Я скривился. Неужели дальше ещё хуже? Нет. Дальше какой-то незнакомый парень, кажется, из клана Хьюга. Его лицо было невероятно серьёзным и в высшей степени задумчивым, что совсем не вязалось с движениями его обнажённого таза, членом, засунутым в Казекаге до самого основания, да и картиной происходящего в целом. Это повеселило меня настолько, что я даже соизволил улыбнуться. Сзади Хьюги пристроилась уменьшеная копия того коноховца, которым наслаждалось убожество по имени Канкуро. Такая же причёска, те же брови, вогнавшие меня в воспоминания о дедушке... Братья они, что ли? Неважно. За ним был какой-то достаточно молодой коноховец - да, коноховец, и этим всё сказано. Правда, меня слегка удивило беззаботное выражение его лица, именно поэтому я быстро перевёл взгляд ещё немного назад. То, что я рассмотрел, заставило меня выругаться. Собака! Да, то есть там была собака. Маленькая и отчаяно скулящая. Да ещё и с коноховской повязкой на голове. О ужас! Прямо за бедным животным, вернее, прямо в нём, находился сам Девятихвостый. Несчастный пёс, теперь я прекрасно понимаю причину его пронзительного скулёжа. Тому, кто висел сзади на Кьюби, повезло явно больше, чем собаке, хотя и поменьше, чем старику Оро. Это был какой-то донельзя странный человек, в повариной шапке и фартуке. Такие, как он, могут работать только в рамен-баре. А в этом непонятном поваре с глубоким знанием дела орудовал... О Боже, никогда не ожидал от этого рыбоголового придурка чего-то более толкового! Не раз говорил лидеру, что этот идиот Кисаме только позорит нашу благородную организацию! Но вот вид того, кто шёл прямо за ним, разочаровал меня куда сильнее. Как же вы могли позволить себе спуститься до такого, Итачи-сан? Да, я и раньше бывал удивлён вами. Особенно, когда впервые увидел вас в сладострастных обьятиях этого синего урода. Да и как бы там и ни было, раньше мне справедливо казалось, что в вашей паре привилегии доминирования должны лежать не на ваших плечах. Поэтому увиденное неприятно для меня вдвойне. Нет, даже втройне! Поскольку, впридачу ко всему, вы подставили свою задницу какому-то коноховцу! Причём коноховец, с маской на лице и торчащими белыми волосами, был до омерзительности мне знаком. Да-а, Итачи-сан, не ожидал, не ожидал...
Самым последним, замыкавшим это развратное действо, был парень с фиолетовым канатом на поясе. И, несмотря на наиболее выгодное положение, он выглядел единственным недовольным. Я был уже на таком расстоянии, что отлично разбирал все слова его возмущений. "Какаши-сенсей, пустите меня, пустите! Я хочу отодрать этого сусликообразного идиота, чтобы он ещё три недели нормально сидеть не мог! Какаши-сенсей, поменяйтесь со мной, прошу, поменяйтесь!". И за этим, сдержаные слова обернувшегося Какаши: "Нет, Саске, мы не должны нарушать конструкцию". Я тут же понял, кем был этот сокрушавшийся парень. Младший брат Итачи-сана, тот, которого он так и не смог убить вместе с остальным кланом. Саске - так, кажется, его звали. И сейчас этот Саске не переставал умолять Какаши поменяться с ним местами, чтобы отыметь своего братца. Неблагодарный... Я уже совсем поравнялся с ними, и остановился метрах в пяти от места сумасшедшей оргии. На меня они, казалось, не обращали никакого внимания, а Саске всё продолжал свои уговоры: "Но Какаши-сенсей, я ведь должен отомстить! Нет же, я просто обязан отомсить ему! Он убил родителей! Он пытается убить меня! Эта мысль не позволяет мне спокойно спать по ночам!".
Хм-да, Саске, по-моему, это не мысль не даёт тебе спать по ночам, - я ещё раз бросил взгляд далеко вперёд, на широко улыбающегося Орочимару.
"Да скажи спасибо, что ты не после Орочи, глупец!" - О ужас, это вырвалось у меня. Саске повернул голову, и следующие несколько секунд пристально смотрел мне прямо в глаза.
И вдруг завопил: "Я?? ХИНАТУ??!!! ДА НИ ЗА ЧТО!!!!"
Да, если бы моя деревянная челюсть не имела такого надёжного крепления, в тот момент она бы точно упала на песок. Да-а-а, значит мальчик не имеет ничего против дедушки Оро? Ну молодец напарничек, даром что бывший, не потерял боевой хватки, не потерял... Да и вкус у него, признаться, неплохой.
Эта невозможная процессия - да, если подобное вообще можно назвать "процессией" двигалась в сторону края пустыни, туда, где росли первые жидкие кустики, очень медленно переходящие в редкий лесок. Я находился в таком мало понимающем состоянии, что начал, как будто заколдованный, следовать за ними, неспеша идя по достаточно глубокой оставленной борозде, где-то в пятнадцати шагах от Саске, всё не устававшего возмущаться.
"И-И-И РАЗ!"... "И-И-И РАЗ!"... "И-И-И РАЗ!"...
Этот равномерный отсчёт словно ввёл меня в состояние транса. Поэтому, я был не мог точно отмерять промежуток времени, через который услышал впереди какие-то посторонние вопли. Фактом было то, что когда эти вопли заставили меня очнуться, вокруг уже росли достаточно высокие деревья, а на небе лишь тёмный лиловый оттенок ещё хранил память о спрятавшемся cолнце. Я очень быстро отбежал в сторону, намереваясь посмотреть, кто же это кричит. В этих криках очень смутно угадывались слова "ДА что же вы делаете, СУКИ!!!" и ещё некоторые, похожего содержания и уровня экспрессивности. Что меня насторожило больше всего - голос казался подозрительно знакомым.
Когда же я понял, в чём дело, то непроизвольно ахнул. Примерно в начале цепи, уже где-то под Канкуро, вопил закопанный в землю Зецу-сан. По видимому, он отдыхал здесь до того, как на него упала задница этой... Как там... Хинаты. А теперь был лишён вской возможности выбраться. Участники даже не рассматривали идеи остановится, а всё продолжали и продолжали топтать бедного Зецу, которого вроде как и не замечали. В тот момент я не видел никакого иного выхода из положения, кроме как обратится к единственному, хранившему остатки независимого интеллекта (как бы дико это не звучало):
- Эй, недотраханый! - К моему удивлению, Саске сразу понял, что я обращаюсь к нему и обернулся. - Ты посмотри, что вы вообще делаете? Вы причиняете вред бесценному кадру в нашей организации!
- Да клал я на кадров вашей организации! Мне только до Итачи надо дорваться! - Его обращение со мной превосходило всякие границы грубости.
- Как ты разговариваешь со мной, малолетний слюнтяй?! А ну быстро остановил катушку и дал выбраться Зецу-сану, а то я сейчас сам встану сзади!
- Обосраться! - Завопил младший Учиха.
- А вот этого, пожалуйста, не надо. - Повернув голову, низким рыком ответил Кьюби. Ответил, и тут же, сделав шаг вперёд, схоронил под своей лапой несчастного Зецу.
- О боги. - Скривившись, только и смог выдавить из себя я. Теперь Зецу-сан может остаться исключительно в нашей памяти. А жаль... И вправду, полезным ведь был...
Внезапно ко мне вернулось моё обычное состояние. Мне стало совершенно наплевать на это коллективное порно-помешательство, я вздохнул и молча отправился вперёд, с каждой минутой всё ускоряя шаг. Прошло что-то около двадцати минут, прежде, чем я остановился на берегу реки. Вокруг уже было совсем темно. Вслушиваясь в тихое журчание воды, я начал понемногу успокаиваться. И тут, как гром на мою бедную голову, где-то вдалеке послышалось до судорги знакомое "И-И-И РАЗ!". Я взметнул свой взгляд к ночному небу, мысленно проклиная его за равнодушие.
Нет. Спокойно. Всё замечательно. Я ни от кого не убегаю. Просто стою здесь. Они проходят мимо, и я забываю это раз и навсегда.
Так и вышло.
Вернее, не совсем так. Они были рядом со мной, но я на сей раз даже не удостоил их своим взглядом. Я сидел рядом на берегу, обхватив колени руками, и смотрел в одну точку. Они вступили на мост соединявший два берега. Вернее, после Кьюби на него не вступил никто, и никогда уже не вступит. Мост оборвался. Передние потянули задних, и вся эта конструкция, так и не разорвавшись, полетела вниз - в тёмную, холодную воду.
Ну что ж, такой конец меня тоже устраивал. Лунный свет пробивался через оконную раму, и длинной синей полосой ложился поверх пледа.
Стоп! Какого ещё пледа?! О Господи, так это был сон. Рядом со мной, уткнувшись в подушку, лежал Дейдара. Нет, скотина, чтобы ты меня ещё хоть когда-то заставил заниматься сексом на ночь!